Повесть "Они"
Глава 3. После конца.
Через некоторое время я вышел из рощи на дорогу. Артсклады. Кто же меня туда пустит? О чем я думал, решившись идти туда, я не знаю. Одетый, как полевой командир, я держал путь к КПП. Идиота кусок. Знаете, в тот момент у меня было состояние, которые многие характеризуют как «пофигизм». Я просто шел. А потом я услышал страшные крики и спрятался в высокой траве возле дороги. Кричали солдаты, и эти крики приближались. Это были крики ужаса и обреченности. Я приподнялся, чтобы посмотреть, и увидел полсотни рыдающих от ужаса абсолютно голых и грязных солдат, бегущих в мою сторону. Да что же это за день такой? Это безумное стадо пробежало мимо меня. Я попытался разглядеть в толпе Костю, но я его не увидел. Буду надеяться, что с ним всё в порядке. Крики стихли и я стал перебежками, от куста к кусту, пробираться к КПП. И вот момент, когда я уже почти подкрался к проходной, меня кто-то сзади схватил за плечо. Я резко дернулся, чтобы смахнуть руку, но услышал:
-Ты что это крадешься как партизан?
Я развернулся и увидел Костю.
-Костян, сука, ты знаешь, как ты меня напугал? – я захлебывался своими словами, - Черт возьми, что тут у вас происходит? Что еще за бесштанная команда мимо меня пробежала?
-Какая команда? Твой запрос вызвал ошибку деления на ноль, - сказал Костя.
-Ты что, умным стал? Фига себе, какие мысли. Костя, тебе не идет, - сказал я.
-Да с тобой, интеллектуалом, пообщаешься и не такое выучишь, - сказал Костя.
-Так что у вас тут происходит? – спросил я.
-Ничего. Косинус нуля – единица, - сказал Костя.
-Прекрати.
-Кратчайшее расстояние между двумя точками в галактических масштабах – дуга, - сказал Костя.
Тут ко мне в голову начали лезть какие-то странные мысли. Я четко видел какого-то мужика. Голова у него – неестественной формы, джинсы и бинты.
-Костя, - говорю я, - А как твою маму зовут?
-Мою маму зовут Олтьяна Таеговна. Ябыртваюигрек, - сказал Костя.
Я резко отскочил от кости и передернул затвор на автомате. Костя стал медленно ко мне подходить:
-Корнелиус, ты чего?
-Какой я тебе, в задницу, Корнелиус? Ты что, забыл, как меня зовут? – кричал я, - Не подходи ко мне!
-ГУР не спасет, если его нету, но накачаешь плечи! – сказал Костя.
-Ты что, рехнулся! Так, если ты хоть еще на шаг ко мне приблизишься, я тебе башку снесу, - кричал я, брызгая слюной.
-А они весело бежали. Когда одежду сложили. А он на секунду расслабился. Убежали. А ты думал что извне, а на самом деле в себя. Она берет, а не отдает. И еще, круговорот будет нарушен, - говорил Костя. Взгляд у него стал отсутствующим, речь абсолютно ровная, безо всяких эмоций.
Я выстрелил ему в колено. Костю крутануло, и он упал лицом на асфальт. Он лежал и молчал. Мне стало страшно, и я попытался перевернуть его на спину. Тяжелый, зараза. Наконец, я его перевернул и увидел, что теперь он смотрит на меня взглядом младенца.
Я спросил его:
-Костя, ну что же ты наделал! Почему ты так? Зачем провоцировать?
А он ответил:
-Выброс. Иди ко мне. Я исполню, - а затем заорал на весь мир, - Мама, я не хочу быть таким! – он начал биться в конвульсиях, - Угол падения равен углу отражения! Эйнштейн не человек! Я тоже уже! Я там! Я здесь! Я нигде и везде! А ты – туда! Двадцать четыре часа – сутки! Если ты не спрячешься! Код 9245. Он найдет и тебя. И снова и снова. Больно, мама, больно!
Я отошел от него. Он моментально прекратил дергаться, поднялся и хромая пошел в мою сторону.
-Друуугаааааннн! Уйдииииии! – мычал он.
Я стоял и смотрел на него. Он подошел ко мне вплотную и схватил меня за горло. Я оттолкнул его прикладом:
-Костян! Опомнись! – я пытался утихомирить друга.
-Мачиии! – промычал друг.
Я выстрелил ему одиночным в грудь.
Он упал навзничь, но тут же поднялся. Что за! Я такого еще не видел. Я же в него стрелял!
А он шел и мычал что-то себе под нос. Я выстрелил ему в лоб. Не верьте тому, как показывают попадание пули в лоб в фильмах. В жизни от какого зрелища можно двинуться рассудком. Естественно, он умер. Мой друган. Его больше не было.
Я пошел через КПП. То, что я увидел внутри, меня не то, что шокировало – я чуть со страха не умер. Через плац проходила огромная бурая полоса, а на ней лежали куски органической материи. В конце этой полосы находился танк Т-72, протаранивший казарму. Лишь приблизившись, я обнаружил, что полоса – это раздавленные танком тела солдат. А рядом с этой полосой на всю длину лежали кучки одежды. Одежда. Похоже, солдаты сами разделись и аккуратно сложили одежду рядом с собой. Казалось, они добровольно легли под танк. И тут у меня в голове раздался дикий звон. Голова закружилась. Я побежал к танку. Этот звон был невыносим. Я бежал и бежал. Звон усиливался. Я подбежал к танку, который, протаранив стену казармы, на половину в нее въехал. Я залез в здание через огромную дыру. Огляделся – обычная казарма. Двухъярусные кровати, синие покрывала. Это всё ерунда. Радовало меня то, что этот невыносимый звон в голове прекратился. И еще, крышка люка механика на танке была открыта. Крышку же на башне придавило огромным куском стены. Я заглянул в танк – никого. Ну и что теперь делать? Зачем я вообще поперся на эти склады? Ах да, за Костей. Хороший конец. Я залез в танк и закрыл крышку люка. Переночую здесь. Всё равно идти некуда.
