Как оказалось, псевдолетописизм Бондора - заразная болезнь. Итак, Вашему вниманию предлагается сказка. Просто сказка.
Арена
Я – гладиатор. А что? Профессия – не хуже других. В основном, разумеется, «цирк» - если б в каждом бою смертельные случаи бывали – закрыли бы Арену в два свиста.
Конечно, есть свои тонкости – куда ж без них. В прошлый четверг вот был групповой бой. Четверо нас, ветеранов, в круге, а за ним – атакующие. В основном, конечно, люди, ну, и для смеха трёх-четырёх шавок кто-то выпустил. Вот с этими «волкодавами» сложней всего – любую твою оплошность используют, и, исподтишка укусят. А вдаришь в ответ, да если ещё вооружённой рукой – сразу свист, гвалт. Собачку обидел. Ну да не про них речь пока.
Стоим мы, значит, в круге, и, снисходит с трибуны некий гордый зритель. Чтоб, значица, ловкость свою показать. С голыми руками. Герой значит. Нам, понятное дело, таких героев забижать ни-ни! В случае самообороны разве, да и то не острием – плашмя. Хотя, в самом крайнем случае… Вот про такой случай и сказ.
Гляжу я, значит, наши заняты все. А у меня как-то брешь образовалась. Ну и герой этот из зрителей ко мне рулит. Трибуны, понятное дело, рукоплещут, как же! Щас этот терминатор всех голыми руками разрывать будет.
Обозначил, я, как полагается, уход от удара, пошатался для виду – типа – ещё два удара, и помру. Только, смотрю я, наш картонный герой картонной победой не довольствуется. Ему настоящее мясо нужно. Как пошёл руками-ногами махать! Трибуны в истерике, и сам он, видать, этими эмоциями подпитывается.
Лезет и лезет, вот что ты с ним будешь делать! Глядь – и шавки с ним в синхрон нападают. Дрессировщик, что ли? Чую – худо дело. Я ему удары только обозначаю, а он бьёт со всей дури! Ну я в очередной блок клинок и выставил. Думал порежется чуть – поймёт. Куда там! Глаза бешеные, на губах пена! Ещё злее стал. Что делать? В рай досрочно неохота. Стукнул по голове. Упал он, кровь бежит.
Очистил над ним пространство, жду – поднимется с опилок. Нет, лежит. Трибуны в шоке – героя убили! Слышу, в первых рядах уж проект памятника из чистого золота обсуждают. Напарники ему уже в голос – вставай, дурило! Нет, отвечает, не встану. Он меня убил.
Что дальше было? Да ничего. Как арена утром открывается, так приходит, и ложится. И до закрытия лежит. Работать, конечно, труднее стало, но ничего. Приспособились. Что дальше будет? Ну ты странный – откуда ж я знаю? Я не пророк – простой гладиатор. Думаю, много эта Арена выдержала – выдержит и это. Сам-то как считаешь?
